«Киберпанк-валюта», почему я продолжаю держать ETH?

Написано: _gabrielShapir0

Перевод: AididiaoJP, Foresight News

Размышления об ETH

В последнее время я всерьез задумываюсь о ETH — почему я его держу? Хочу ли я продолжать держать? Почему я считаю его ценным?

От друзей и коллег я услышал три основных точки зрения на ETH:

«Биткойн +» — средство хранения стоимости, противодействующее обесцениванию валюты, но «лучше», потому что:

Он может сжиматься при необходимости, инфляция — при необходимости

Он обладает встроенной программируемостью, не требует сторонних посредников для использования этой валюты

«Долевое участие в системе» — ETH как акции децентрализованной вычислительной платформы: чем больше пользователей — тем выше спрос на блоковое пространство — тем выше сборы + сжигание ETH — тем выше дефицитность

«Цифровая нефть» — товарный взгляд, находящийся между двумя предыдущими

Эти точки зрения не противоречат друг другу, а лишь представляют разные ракурсы одного и того же явления.

Мое мнение связано с ними, но немного отличается: ETH — это киберпанковая валюта, и киберпанк проявляется именно в текущей среде.

Киберпанк против крипто-панка: почему это различие сейчас важно

В произведениях вроде «Нейромант» или «Киберпанк 2077» валюта скорее не моральный концепт, а «маршрутизатор»: цепочки доверия, корпоративные счета, уличные наличные, человеческие связи — ценность течет через системы, которые нельзя полностью контролировать. Реальные игроки — те, кто способен завершить сделку под давлением.

Деньги повсюду, но главный вопрос: когда крупные корпорации против тебя — можешь ли ты продолжать торговать? Аутентификация, доступ, выполнение сделок, выход с рынка — все сводится к одному вопросу: сможешь ли ты подтвердить, завершить и признать свою сделку действительной?

Это — правильный ракурс для понимания Ethereum.

ETH — это не узкоспециализированная «крипто-панк валюта» (как ZCash, ориентированный на приватность). Это киберпанковая валюта: в мире, где противостояние и взаимозависимость сосуществуют, она — анонимный сертификат.

В крипто-среде существует ошибочный дуализм: либо ты создаешь освобождающие технологии против институтов, либо строишь корпоративную инфраструктуру — и считаешь это предательством идеалов. Реальность сложнее и интереснее:

Крупные компании уже строят и используют криптографические каналы

Крипто-стек обходится за счет жесткости, эксплуатации и цензуры

Крипто-панк — продукт криптографической революции: приватность, анонимность, безопасная коммуникация, сопротивление централизации с помощью математических инструментов. Он практически исключает участие «предприятий», поскольку те не хотят торговать в полностью нерегулируемой среде.

Киберпанк — более широкий и инклюзивный: системный хакеринг в рамках институциональных границ — слияние технологий, законов, финансов, идентичности и социальной инженерии. Стиль — стратегия, правила пишутся кодом и контрактами. Компании могут работать здесь, потому что соблюдение правил, исполнение и ответственность возможны, но также возможны и «вне закона» действия — что делает киберпанк вселенной, где все участники могут свободно взаимодействовать, соединяться и разрушать устои.

Роль Ethereum — в создании протоколов, позволяющих противостоящим институтам взаимодействовать, сохраняя при этом право на выход и имущественные права для тех, кто может подписывать и платить. И использовать ETH в этом «городе будущего» — это и есть киберпанк.

ETH как киберпанковая валюта

Ценность ETH как «валюты» часто сводится к нарративу «цифрового золота», пытаясь убедить держателей биткойнов и любителей золота. Но они уже полностью верят в BTC или золото и не собираются переходить на ETH.

BTC и золото сами по себе ничего «не несут» — это мемкоины, хеджирующие против инфляции фиатных валют и системы центробанков. Лично я считаю, что в условиях новой дефляционной реальности, вызванной ИИ и робототехникой, эта хеджирующая роль станет все менее значимой.

Видение ETH как киберпанковой валюты более масштабное и интуитивно привлекательное, потому что ETH постоянно передает внутри сети Ethereum «системные права». В связке с умными контрактами ETH реализует «бесповерие» в бизнесе, что делает его ценным даже в условиях дефляции, поскольку:

Он подкреплен реальными экономическими фундаментами

В обществе, становящемся все более экстремальным и технологически управляемым, каждому — и корпорациям, и частным лицам — нужен «экономический автономный регион»

Фундаментальные основы ETH

При механизме Proof of Stake ETH — это не просто «представление» стоимости; это ресурс для покупки возможности выполнения, включения в блокчейн и участия в консенсусе:

С обновлением Hegota и внедрением FOCIL, ETH, платимый валидаторам по текущему рыночному курсу, гарантирует включение и выполнение вашей транзакции в блок

32 ETH и потребительское оборудование позволяют активировать валидатора, участвовать в предложениях/подтверждениях блоков и (примерно) голосовать за протокольные обновления

Эти сетевые полномочия внутри протокола — его фундамент. На практике они реализуются через четкие функции состояния и механизмы штрафов.

Именно поэтому PoS лучше PoW для поддержки киберпанковой валюты:

ETH дает встроенное право участвовать в операциях протокола: залог — это порог входа, а залоговые активы могут быть конфискованы

BTC держится на вере в редкость и долговечность; майнинговый порог — специализированное ASIC-оборудование, не связанное по внутренней природе с правом собственности на BTC, а включение транзакций — скорее взятка, без гарантий включения на протокольном уровне

Еще одно важное отличие — пассивный договор. Поскольку залоговые активы могут быть конфискованы, а ASIC — нет, цепочка PoS может реализовать протокольное исполнение запретов:

нельзя «уклоняться» при выборе ветки (иначе конфискация)

нельзя быть офлайн слишком долго (иначе конфискация)

нельзя осуществлять цензуру (иначе конфискация)

Истинный социальный договор включает «что делать» и «чего не делать». PoS может закодировать оба аспекта силой; PoW — в основном «что делать», надеясь на экономические стимулы. Посмотрите на споры в сообществе Bitcoin по поводу BIP-101 — там обсуждают, как наказывать майнеров, включающих «спам».

ETH может стать хорошей валютой, потому что его свойства не основаны на «фиксированном общем объеме» или лендийском эффекте, а на внутренней системе «права собственности»: покупка и включение «системных прав», участие в «системных правах», признанных в базовом протоколе как равноправные — все это отражено в активе ETH.

Цикл ценности Ethereum: полезность → безопасность → доверительно-нейтральная среда → больше полезности

Ethereum — это цикл, объединяющий экономический и конституционный уровни:

Практические права → широкое участие: низкий порог аппаратных требований и безразрешительный залог делают безопасность результатом широкого участия

Участие → использование и спрос: доверительная расчетность привлекает разработчиков, пользователей и высокоценных сценариев, а потребность в выполнении транзакций выражается в спросе на ETH (сборы, залоги, расчет)

Использование → сборы: система оценивает ограниченные ресурсы блоков в ETH

Сборы → награды валидаторов + сжигание: сборы идут валидаторам; при высокой нагрузке базовая плата сжигается, сокращая предложение

Награды + сжигание → спрос на ETH: ETH становится активом, связанным с доходностью и безопасностью, его дефицит усиливается с ростом использования

Спрос / цена ETH → безопасность сети: безопасность PoS пропорциональна стоимости залога и издержкам на разрушение

Безопасность → доверительно-нейтральная среда: чем сложнее разрушить консенсус, тем более надежны единые правила

Доверительно-нейтральная среда → перенос ценностей и сложных контрактов: важные активы и серьезные договоры перемещаются в наиболее устойчивый уровень расчетов, что отражается в использовании

Если любой из этих элементов нарушится, вся цепочка ослабнет. Конструкция Ethereum — в том, чтобы эти элементы оставались тесно связаны в реальной циклической экономике.

Поддержание доверительно-нейтральной среды в корпоративном мире

Ключевая точка киберпанка: стоит ожидать появления мощных институтов — бирж, брокеров, платежных гигантов, операторов rollup, кастодианов, а также правительств и полугосударственных структур. Они будут строить каналы, оптимизировать свои стимулы. Иногда — координировать, иногда — принуждать, иногда — шантажировать.

Вопрос не в том, «будут ли компании использовать Ethereum», — они уже используют. Вопрос в другом:

Есть ли какая-либо компания или альянс, способный склонить систему так, чтобы все остальные оказались в структурной зависимости?

Это — реальная задача «доверительно-нейтральной» системы в рамках киберпанка. Это не моральная чистота, а инженерные ограничения:

Доверительно-нейтральный базовый слой — это взаимодействие противостоящих участников

Если он не доверительно-нейтральный, сильнейшие участники в конечном итоге победят через политику, цензуру или тонкие рыночные механизмы

В конечном итоге, это — суперсила блокчейна: значительное повышение масштабируемости общества.

Ethereum — единственная реальная «экономическая зона», в которой никто не может контролировать всех, позволяя сторонам вести крупномасштабный бизнес в условиях низкого доверия и отсутствия юридического преследования.

Обеспечение включения и сопротивления цензуре: фундамент цифровых имущественных прав

Имущество требует реализуемых прав. Если вы «владеете» активом, но под давлением не можете его передать, вывести, заложить или аннулировать — это не настоящее владение.

На блокчейне эта реализуемость сводится к:

Могу ли я, заплатив цену ликвидации, в ограниченные сроки включить транзакцию в историю?

Именно поэтому сопротивление цензуре — ключ к имущественным правам. Поэтому исследования Ethereum постоянно движутся в сторону усиления гарантий включения — например, FOCIL (форсированное включение при выборе ветки), явно уменьшающее свободу потенциальных цензоров.

Быстрая скорость не решает проблему цензуры. Важны переменные:

Распределение прав на создание блоков

Мотивации / штрафы протокола

И четкие механизмы включения при угрозах

Если корпоративный стек сможет заблокировать вас на уровне расчетов, такая «валюта» — фикция. Оценка ETH зависит от того, насколько Ethereum усложняет такую блокировку структурно.

Ethereum как программируемая правовая основа: мощное вычислительное публичное пространство

Полезная модель: рассматривать Ethereum как программируемую правовую базу — надежное вычислительное пространство, даже если участники противостоят друг другу.

Это порождает новые институциональные префиксы:

Развертывание представительных или исполнительных протоколов, рынков, реестров, прав

Обязательство следовать протокольным правилам, а не предпочтениям платформы

Иными словами: делать обещания, которые сложнее нарушить, чем обычные институты, — даже если нарушитель богат, опытен и готов тянуть суды вечно.

Для этого используется системное активное средство — ETH.

ETH — киберпанковая валюта, потому что она — это смесь:

Кредитов доверия

Залогов исполнения

Участия в нейтральной юрисдикции

Киберпанковский подход важен, потому что наш мир — не «бесконечный сад». Это граница между старой системой и новой, где законы и код взаимодействуют как смещенные шестеренки. Преимущество Ethereum в том, что его трудно изменить, и он может стать общей базовой инфраструктурой.

L2-расширение: не сбивайте сюжет

Rollup — необходимое решение. Централизованный путь с rollup — рациональный: замедлить L1, чтобы сохранить децентрализацию и проверяемость, расширяя выполнение через L2, наследующий безопасность L1.

Но есть и киберпанковский риск: L2 может превратиться в корпоративную гетто:

Централизованные порядковые устройства могут цензурировать или переупорядочивать транзакции на уровне пользователей

Экономика токенов может увести ценность с ETH

Альтернативные механизмы доступности данных могут снизить экономическую связь с L1

Поэтому будущие rollup, поддерживающие ETH, должны:

Обеспечивать оплату расчетов и данных на L1 пропорционально использованию (чтобы сжигание ETH и доходы были связаны с активностью)

Со временем сближать нейтральность L2 с L1 (децентрализованные порядковые устройства, доверительное выход, минимизация уязвимостей управления)

ETH сохраняет статус притягательного актива — сборы, залоги, стейкинг/гарантии, неизбежные пути обмена

Если L2 смогут сохранить экономическую связь и наследовать нейтральность, это пойдет на пользу ETH. Иначе — это будет фрагментация, множество активностей, уводящих ценность и ослабляющих гарантии.

По-киберпанковски: корпоративные здания могут существовать, но не должны тихо перекрывать расчетную конституцию.

Токенизированные активы: крипто-родные активы и блокчейн-театр

Токенизация становится по-настоящему сильной, когда она превращается в крипто-родное имущество, а не просто токен-залог с управляющими ключами и условиями обслуживания, которые можно отключить. Тогда она действительно усиливает нарратив ETH.

Границы просты:

Является ли функция трансформации состояния цепочки авторитетным механизмом передачи (или триггером, обязательным для традиционных институтов)?

Или этот токен — лишь UI-указатель на оффчейн-реестр, который можно игнорировать при необходимости?

Если Ethereum хочет стать важным расчетным уровнем активов, ему нужна такая структура:

События на цепочке считаются решающими (или по крайней мере — презумптивно авторитетными)

Исполнение сведено к объективным криптографическим стандартам

Вмешательство человека / закона — узкое, четкое, для обработки исключений, а не обычное произвольное управление

Механизмы гарантий Ethereum снова работают. Эффективность токенизированных прав зависит от способности их реализовать под давлением. Нам нужны киберпанковские протоколы токенизации на Ethereum.

Заключение: ETH как киберпанковая валюта

Крипто-панк заложил моральный фундамент криптовалют: приватность, автономия, сопротивление. Но реальная сцена, которую строит Ethereum — это киберпанк: корпорации и новые силы сосуществуют на одной орбите, противостоят и взаимозависимы, используют технологии креативно, пытаются склонить систему.

В этом мире валюта — не только средство хранения стоимости. Она —:

исполнительный сертификат

ресурс для расчетов

инструмент безопасности

примитив для имущественного исполнения

Итак, «ETH как киберпанковая валюта» — это в конечном итоге вопрос конституционного расчетного механизма: если Ethereum сохраняет доверительно-нейтральную, доверительно-открытую среду и сохраняет экономическую связь с расширенными слоями, то ценность ETH заключается не только в доверии, а в том, что он — единственный в своем роде дефицитный сертификат, который никто, ни крупные корпорации, ни новые силы, не сможет полностью контролировать.